Сергей Тетюхин: «Учусь играть в хоккей – мечтал об этом с детства»

Легендарный игрок в большом интервью Алмазу Хаирову рассказал о жизни без волейбола, депутатской работе, воспитании трёх сыновей и прощальном матче.

В апреле 42-летний Сергей Тетюхин объявил о завершении своей блистательной карьеры. Он – единственный волейболист, сыгравший на шести Олимпиадах, и человек, без которого был бы невозможен российский триумф в Лондоне. Сейчас самый титулованный игрок России и рекордсмен Лиги чемпионов живёт в Белгороде, наслаждаясь отдыхом и семейной жизнью.

Сергей Тетюхин / фото: Роман Кручинин, zenit-kazan.com

«КАЖДЫЙ ДЕНЬ ЧТО-ТО БОЛИТ – ЛИБО БОЛЬШЕ, ЛИБО МЕНЬШЕ»

– Сергей Юрьевич, что чувствует человек, которому впервые за много лет в августе не нужно интенсивно готовиться к сезону?

– Честно говоря, думал, что буду скучать по этому, но пока большой ностальгии по волейболу нет. По атмосфере в команде, по ребятам скучаю, это да. Поэтому регулярно к ним заезжаю.

– Форму поддерживаете?

– Конечно, организм требует физических нагрузок. Я вообще не умею просто лежать на диване и ничего не делать. Продолжаю вести активный образ жизни. Можем собраться с друзьями и поехать кататься на квадроциклах или пойти играть в страйкбол. Когда большой компанией отдыхали в Испании, почти каждый день играли в пляжный волейбол. В Белгороде также постоянно играю на песке. Плюс сейчас учусь кататься на коньках.

– Неожиданно...

– Я с детства мечтал играть в хоккей, помню смотрели матчи сборной СССР по телевизору. Но на моей родине в Узбекистане не хоккейный климат, льда не было. В основном гоняли клюшками теннисный мяч, если все-таки выпадал снег – шайбу. Сейчас появилась возможность реализовать детские мечты. В 42 года постигаю азы – до этого даже никогда не стоял на коньках. Оказывается, всё не так просто, как я думал, приходиться прилагать большие усилия. Пока только катаюсь вперёд, потом уже буду думать о бросках. Мне интересно – это самое главное.

– Тем более хоккей у «Единой России» – партийный вид спорта.

– (Смеётся). Нет, к политике это не имеет никакого отношения. Исключительно для поддержания формы и своего удовольствия. Посвящаю этому небольшое время, потому что хочется учиться чему-то новому.

– Многие спортсмены говорят, что счастье – это когда утром встаешь и ничего не болит...

– Я такого не помню (смеётся). У меня либо болит меньше, либо больше. Просыпаешься и у тебя реагируют либо колени, либо поясница, либо плечо ноет. Пока по лестнице спускаюсь со второго этажа, потихоньку расхаживаюсь. Потом завтрак, зарядочка и всё становится нормально.

– Как вы считаете, благодаря чему вы смогли продержаться на высоком уровне до 42 лет?

– Наверное, мог и дольше, если немного снизить нагрузки. Но у меня не было такой цели. Я не сторонник того, чтобы беречь себя в тренировочном процессе, тем более когда вокруг молодежь, которая смотрит, как ты тренируешься. Возможно, именно такая настырность в работе помогла мне. Безусловно, важна и физическая подготовка – нужно щепетильно к ней относиться, даже в отпуске поддерживать форму и прислушиваться к своему организму.

– Американский хоккеист Крис Челиос по 20 минут крутил велосипед в сауне – играл в НХЛ до 47 лет...

– Мощно! В моей карьере также однажды была подготовка с помощью сауны. В 1995 году перед молодежным чемпионатом мира в Малайзии тренеры, видимо, решили подготовить нас к изнуряющей жаре. Помню, в Новогорске 10 минут сидели в сауне, затем буквально пару минут передышки – и обратно. И так три-четыре серии. Не знаю, помогла ли такая специальная подготовка, но турнир мы выиграли.

– В последнее время все только и говорят о здоровом питании. У вас во время карьеры была какая-то особенная диета?

– Я привык доверять врачам команды – какое меню они составляли, того и придерживался. Никогда отдельно не питался. Единственное, когда находился вне базы, в обед ел только салат. Это позволяло держать комфортный вес. Если он становился чуть больше, сразу начинали реагировать колени. Но для меня такое небольшое ограничение не было проблемой – я спокойно могу не есть сутки.

 «СЫНОВЕЙ НЕИЗБЕЖНО БУДУТ СРАВНИВАТЬ СО МНОЙ»

– Было видео, где вы играете на пляже с тремя сыновьями – Иваном (20 лет), Павлом (17 лет) и Александром (7 лет). Это и есть настоящее отцовское счастье?

– Конечно, это один из прекрасных моментов. Мне нравится быть отцом своих сыновей. К тому же, мы – друзья! Я очень доволен, что они пытаются пойти по моим стопам. Хотя никакой обязаловки у нас в семье нет, сугубо личные пристрастия детей. Но мяч в нашей семье всегда был основным развлечением. Ваня в этом сезоне решил заняться пляжным волейболом. У него отличный настрой и большое желание разобраться в нюансах этой игры. Паша в июне перенёс операцию на колене, сейчас готовится к сезону. Младший Сашка тоже занимается волейболом у дедушки с бабушкой.

– Есть немало примеров, когда дети звёздных отцов оставались их тенью...

– Я понимаю, что каждому из них в волейболе будет непросто. Всегда будут сравнивать – это неизбежно. Всё зависит от психологии конкретного человека. Я вижу, что пока они справляются, стараются всего добиваться сами. И это правильно.

– У вас довольно обеспеченная по российским меркам семья. Что вы делали для того, чтобы сыновья не стали мажорами?

– Любые деньги или блага нужно заслужить – вот основное правило. Хорошим поведением или успешной учебой. Может быть, это взгляд отца на своих детей, но я не вижу в них избалованности или какого-то потребительского отношения к родителям. Они понимают, что всё достаётся через труд. Старший сын уже живёт отдельно от нас. Он на контракте в «Белогорье», получает не очень много денег, плюс его девушка работает. Живут на то, что зарабатывают. Даже если предлагаю какую-то помощь, говорят «Пап, мы справляемся, ничего не надо». В этом плане всё нормально. Они растут порядочными людьми. Это важное и хорошее качество. Я больше чем уверен, что они не повернут туда, куда не надо.

– Вы – строгий отец?

– Жестко поговорить могу. К счастью, серьёзных происшествий не было и наказывать не приходилось. Всегда удавалось достучаться словами.

– Дома матюкнуться можете?

– Крайне редко. Разве что в порыве эмоций может проскользнуть. Мат может нормально звучать в сугубо мужском коллективе, но дома все эти острые словечки нужно опускать.

– Во время третьей беременности хотели дочку?

– Было такое. Когда определяли пол ребёнка по УЗИ, просили врача повнимательнее посмотреть, когда она сказала, что мальчик. Сейчас супруга говорит, что с мальчишками ей комфортно. А девочка? Посмотрим, жизнь продолжается, всё может быть. На самом деле мы очень рады, что у нас сейчас есть младший ребёнок, который радует каждый день.

Фото: инстаграм Натальи Тетюхиной


«ОТЕЦ ОСТАЁТСЯ ДЛЯ МЕНЯ ЭТАЛОНОМ»

– Когда-нибудь прибегали к услугам нянь?

– Ни разу. Справлялись сами при большой помощи бабушек и дедушек. Когда я проводил вторые два сезона в Казани, мы решили не забирать детей из белгородской школы. В этот период они внесли огромный вклад в воспитание наших детей.

– Когда женились, планировали такую большую семью?

– Я человек восточный, у нас всех большие семьи. У брата, например, тоже трое детей. Собираемся за большим столом, папа готовит плов. Он центр нашей семьи. Для меня он был и остаётся эталоном, главным авторитетом в жизни. По характеру, по отношению к людям. Его мировоззрение и мудрость всегда мне нравились. Стараюсь выстраивать такие же теплые и добрые отношения со своими детьми.

– Вы как-то говорили, что главная похвала от вашего отца – слово «мужик».

– Да, так получилось, что в это простое слово он вкладывает совокупность всех лучших качеств, которые должны быть в человеке. Поэтому если ты ведёшь себя достойно, уважаешь окружающих, добросовестно выполняешь свою работу, то ты «настоящий мужик».

– Вы – звезда волейбола, ваша супруга Наталья – успешный ресторатор. Кто в доме хозяин?

– У нас нет такого разделения. Важные решения принимаем совместно. Есть вещи, в которые я не вникаю, там Наталья проявляет свою интуицию. У нас всё на доверии. К счастью, за много лет сложностей не возникало.

– Какие качества вы больше всего цените в супруге?

– Она открытый человек, у нее очень много энергии, с которой она не боится делиться с окружающими людьми. Возможно, поэтому люди к ней тянутся. Плюс она искренний человек. Если есть негативные моменты, то она сразу их обозначает. С ней очень легко общаться.

– Вы познакомились благодаря волейболу?

– Да, первое знакомство произошло в спортзале. Меня пригласили сыграть за свой спортивный факультет на первенстве университета, чтобы сломать неправильную традицию – тогда, как ни странно, в первенстве постоянно побеждал физмат. Во время игры одна из девушек на трибуне активно поддерживала соперников и комментировала все мои действия. Это была математик Наталья Косолапова. Но это я узнал позже, когда мы через несколько лет встретились у общих знакомых. Тогда уже стали общаться, завязались отношения. Со временем пришло понимание, что это мой человек. Ни разу не пожалел о своем выборе.

«ПОСЛЕ АВАРИИ ЗАКАЛЯЛСЯ ХАРАКТЕР»

Фото: gettyimages.com


– У вас в российском волейболе практически безупречная репутация: никаких скандалов и грязных историй. Тем не менее, есть поступки, за которые вам стыдно?

– Все мы иногда совершаем ошибки. И я не исключение. Например, та авария в Италии, в которую мы в 2000 году попали с Романом Яковлевым. Я пошел на обгон в горку, не увидел встречную машину. В итоге лобовое столкновение, очнулся уже в больнице… Я приехал в Европу молодой, бесшабашный. Честно признаюсь – расслабился. К счастью, все остались живы, всё могло закончиться намного хуже.

– Пересмотрели взгляды на жизнь?

– Однозначно. Жизненные приоритеты и ценности полностью поменялись, на многие вещи стал смотреть по-другому. Конечно, лучше бы этой истории не было. Жалею, что всё так произошло. Но с другой стороны, эта авария пошла мне на пользу, я стал умнее, ответственнее.

– С парнем, который был в другом автомобиле, общались?

– Нет, мы не познакомились. Общались адвокаты и страховые агенты, возместили всё по закону. После аварии были в разных госпиталях, потом у каждого началась своя жизнь: лечение, восстановление.

– Пришлось заново учиться ходить?

– Да, повредил тазобедренный сустав, пальцы на ногах были сломаны, локоть был раздроблен. Локоть, кстати, до конца так и не выпрямился. Месяц лежал, потом ездил на коляске. Тогда о волейболе даже речи не шло. Я до сих пор благодарен президенту «Пармы» Джорджио Варакке и покойному Юрию Сапеге. Это замечательные люди, которые протянули руку помощи, когда я оказался в беде. Проще всего было отправить меня домой, чтобы я там лечился и восстанавливался, тем более всё произошло в октябре и толку от меня в сезоне уже не было. Но они оставили меня в Италии, где я прошел всю реабилитацию. За это я им до конца жизни буду благодарен. Когда появился какой-то свет впереди, шанс, что я еще поиграю в волейболе, тогда я включился в работу еще усерднее. Тогда через преодоление закалялся характер. Возможно, это помогло мне в дальнейшей игровой карьере.

– Религия помогала?

– Когда тяжело, вера всегда помогает.

– Из зарубежных клубов в вашей карьере только «Парма». Позднее варианты уехать были?

– Изначально мы с Шипулиным приняли решение о моем переезде в Италию с прицелом на Олимпиаду в Сиднее. В России тогда были только три-четыре команды приличного уровня, с остальными можно было играть вполсилы. Это не совсем то, что нужно для прогресса. А в Италии в тот момент был сильнейший в мире чемпионат. Затем звали в разные страны, но уезжать уже не было смысла. Российский чемпионат большими темпами начал развиваться и вскоре мы уже переплюнули итальянскую лигу по конкуренции и силе игроков. Все звёзды играли в России.

– Вы не раз говорили, что трудолюбие важнее таланта. Кто самые талантливые игроки, которых вы знаете?

– На самом деле их довольно много. Например, покойный Валера Горюшев был очень талантлив. Семён Полтавский – сто процентов талантище. Конечно, Дмитрий Мусэрский. Он обладает отличной координацией при выдающихся ростовых данных. Макс Михайлов для меня вообще номер один, очень ему симпатизирую. Это уникальный человек. Его из зала нужно палкой выгонять! Обладая талантом и хорошей техникой, он еще и выступает наглядным пособием трудолюбия.

Тетюхин и Максим Михайлов / фото: Роман Кручинин, zenit-kazan.com


– Семён Полтавский рассказывал, что вы в 2006 году были среди тех, кто заручался за него, когда Зоран Гаич хотел отчислить его из сборной за бутылочку пива.

– Друзья должны друг другу помогать. Все, порой, совершают необдуманные поступки. Команда не должна была из-за этого страдать. Тем более ничего страшного там не произошло. Я всегда нормально относился к употреблению пива, но, безусловно, нужно знать меру и определенное время, когда это не навредит. В одной-двух кружечках пива перед выходным днем нет ничего страшного. Мне это даже помогало, потому что меня всегда трясло еще три-четыре часа после игры. Адреналин не позволял уснуть, а снотворные я никогда не употреблял – мне всегда казалось, чтобы они не очень хорошо влияют на организм. Пиво в этом плане помогало немного расслабиться.

«У НЫНЕШНЕЙ МОЛОДЕЖИ ПРОБЛЕМЫ С ТЕХНИКОЙ»

– Шипулин в своей книге написал, что перед переходом в казанский «Зенит» Тетюхину привезли чемодан денег. На самом деле?

– Я чемодан не видел, может быть, он и существовал (смеётся). Думаю, он образно выразился – в Казани у меня действительно был самый большой контракт в карьере. А книга мне понравилась, прочитал одним заходом. Особенно интересна была история «Белогорья», как происходило становление клуба, многих деталей я не знал. Автобиографичные книги мне вообще интересны. Товарищ из Москвы вот подарил книгу про Майкла Джордана. Она и книга Екатерины Гамовой в ближайшей очереди для прочтения.

– Сами планируете написать книгу?

– Пока не готов к мемуарам. Хотя говорят, что надо делать. Мол, время уходит, всё забывается.

– Почему вы отказались от работы главным тренером «Белогорья»?

– Долго думал об этом, потому что Геннадий Яковлевич Шипулин давно предлагал мне эту должность. Я посчитал, что будет неправильно брать на себя такую ответственность и при этом выполнять работу без энтузиазма. Должно быть большое желание, стремление. В пример можно привести того же Алексея Вербова. Он хочет быть тренером, горит этим, не стесняется об этом говорить. У меня такого нет. Поэтому браться за работу было бы нечестно по отношению и к себе, и к Шипулину. Возможно, пройдёт определенное время и желание стать тренером появится.

– Но вы ведь все последние годы фактически были играющим тренером...

– Игровым опытом, конечно, делился, давал советы молодым игрокам. Да и с нашими молодыми тренерами Александром Богомоловым, Александром Косаревым, Алексеем Казаковым, Вадимом Хамутцких часто общался. Им было важно мое мнение изнутри команды, я узнавал как они видят картинку извне. Диалог всегда был, находили консенсус в некоторых ситуациях.

– В чем главные отличия нынешних молодых игроков от вашего поколения?

– Сейчас молодежь менее технически подготовлена. Не знаю, с чем это связано. Мало игроков, которые обладают хотя бы шестьюдесятью процентами технических элементов от всего набора. Либо умеют только нападать, либо только подавать, при этом не умеют принимать или делать передачу сверху. Это большая проблема. Сейчас тренерам приходится много индивидуальной работы проводить по технике, хотя по логике в команду мастеров игроки должны приходить уже подготовленными, только усовершенствуя технику и больше работая над тактикой.

Кроме того, сейчас молодые игроки больше финансово заинтересованы. Мне было интересно выходить и играть в волейбол, а деньги были приятным дополнением. Мне кажется, сейчас молодежь финансовые условия и другие блага ставит на первое место. Считаю, что это немного неправильно.

– Хорошая атмосфера в команде – половина успеха?

– Однозначно. Микроклимат в команде имеет важнейшее значение и очень сильно влияет на результат. Между людьми должно быть доверие и взаимоуважение. Если ты уважаешь тренера, то не позволишь себе сачкануть. В свою очередь он тебе откровенно подскажет, что нужно улучшить. Мне повезло – во всех командах, в которых я играл, был хороший микроклимат.

– Будет ли у вас прощальный матч?

– Да, но на следующий год. Учитывая чемпионат мира и плотный клубный календарь, не получилось найти оптимальную дату. А мне бы все-таки хотелось пригласить в Белгород многих ребят, с которыми я играл в клубах и сборной, а также парней, которые чаще были по ту сторону сетки, но оставили заметный след и в моей карьере, и в целом в мировом волейболе. «Белогорье» и губернатор Белгородской области Евгений Савченко поддержали идею проведения прощального матча и обещали помочь в организации матча. 

– Вы называли сборную России одним из фаворитов чемпионата мира. Не появились сомнения после Мемориала Вагнера?

– Не считаю что сомнения должны появиться. У сборной не было задачи выиграть этот турнир. Мы же знаем, что у нас полно травмированных ребят, которых нужно было поберечь. Также очевидно, что была категория игроков, по которым тренерский штаб не до конца определился, нужно было посмотреть их, проверить. На чемпионате мира огромное количество матчей, поэтому все игроки должны быть взаимозаменяемы. На одной семёрке турнир пройти нереально.

– Всероссийская федерация волейбола с нового сезона хочет централизованно обязать клубы заниматься маркетингом, социальными сетями. Что вы об этом думаете?

– Это правильная дорога. Волейбол выпадает из информационного пространства – футбола, хоккея и баскетбола в нем намного больше. Они на два шага впереди, нам нужно догонять, развиваться в этом направлении. Нас должно быть больше на телевидении и в интернете.

«ДОТА» – СПОСОБ ВЫПЛЕСНУТЬ ЭМОЦИИ»


– Вы носите очки. В последние годы играли в линзах?

– Линзы пробовал – не понравилось, испытывал дискомфорт: какая-то пелена была в глазах, плюс потом заливало. У меня небольшой минус, поэтому играть это не мешало. В разговоре с парнями только шутил, что мне не страшно стоять в приёме, потому что не вижу, кто подаёт (смеётся). А в повседневной жизни комфортнее в очках – и за рулем, и если что-то смотреть по ТВ.

– Говорят, что вы привнесли в российский волейбол «Доту»?

– (Смеётся). Эти слухи сильно преувеличены. На самом деле я уже влился в коллектив, были ребята, которые играли, я не первооткрыватель. На сборах рубились команда на команду. Это баловство, способ выплеснуть эмоции, немного отвлечься. Опять-таки какое-то сплочение коллектива, командное взаимодействие.

– Вы топчик в «Доте»?

– Не могу сказать, что я сильный игрок, иногда получалось. Многие ребята хорошо умеют играть. Самое главное – не злоупотреблять. Полчаса-час можно было поиграть. Сейчас уже не играю.

– Кто из ваших одноклубников-легионеров лучше всех адаптировался в России?

– Из тех, с кем я общался, это Ллой Болл и Клэйтон Стэнли. Им было комфортно в Казани. Если говорить о «Белогорье», то аргентинец Пабло Меана к концу третьего сезона уже по-русски говорил. Конечно, Жора Грозер – добрейшей души человек с большим сердцем. Он влюбился в Россию и в ее людей. Признавался, что чувствует себя в России, как дома, хотя родом из Венгрии, а большую часть жизни провел в Германии.

– Кто главный весельчак в волейболе?

– В каждой команде есть свой. В «Белогорье» это Леха Обмочаев, он не даёт соскучиться. В свое время Саня Богомолов был душой команды. Такие люди обязательно нужны в коллективе, они создают позитивную атмосферу.

Фото: Роман Кручинин, zenit-kazan.com


– Этим летом вы побывали в Будапеште. Почему именно там?

– Наши друзья порекомендовали. В итоге остались очень довольны. Отличный город, один из красивейших, в которых я бывал. Встретились там с Георгом Грозером и Драганом Травицей, вместе посмотрели футбол – поболели за нашу сборную в матче чемпионата мира с Египтом.

– Заслуженно парням дали звания ЗМС?

– Если бы они попали в четверку, я бы двумя руками и ногами был за такое решение, но сейчас, конечно, получился казус. Надо было отметить характер наших футболистов, но какими-то другими наградами. Получилось же не совсем корректно по отношению к другим спортсменам, которым за 1/4 финала ЗМС не дают.

– На клубном уровне в футболе за кого болеете?

– Нет такого клуба, за который я фанатею. Если какой-то большой и интересный матч – с удовольствием смотрю. В этом году мне повезло – вместе с товарищем весной сходил в Барселоне на «Эль Класико». Это невероятно, энергетика просто сумасшедшая!

Раньше я не был большим любителем путешествий. Наверное, за сезон уставал от перелетов и переездов, тем более в самолётах не сплю. Сейчас есть интерес, тем более в большинстве городов, в которых бывал во время карьеры, толком ничего посмотреть не успевал.

– На Дальнем Востоке круто?

– Природа там потрясающая, остался под большим впечатлением. Нас с Тарасом Хтеем и Александром Богомоловым в прошлом году пригласили туда в гости и там была насыщенная программа. Были на радио, встречались с ветеранами волейбола, давали мастер-классы для молодежи. Ну и, конечно, нарыбачились от души.

Фото: инстаграм Сергея Тетюхина


– Вы как-то говорили, что хотите съездить на историческую родину – в Фергану.

– Да, есть такое желание. Может быть, на следующий год получится. Хочется пройтись по местам, где прошло детство. Наш друг семьи даже небольшой волейбольный музейчик там организовал в технологической академии. Можно будет пополнить какими-то экспонатами. Мы жили в Фергане до 1992 года. Тогда большая часть города была русскоязычной, но неожиданно всплыл национальный вопрос, начались конфликты. К счастью, никто из родных не пострадал, но пришлось уезжать. Отец выбирал между Ростовом, Санкт-Петербургом и Белгородом. Шипулин его убедил ехать в Белгород, который стал для нас вторым домом.

– Вы тепло отзываетесь об отце. Кем еще восхищаетесь?

– У меня есть хороший друг в Белгороде – Андрей Кожемякин. Раньше он занимался легкой атлетикой, но получил травму позвоночника. Тем не менее, сумел найти в себе силы, чтобы вернуться к полноценной жизни. Он занимает активную социальную позицию, выполняет общественные работы и продолжает заниматься спортом – пулевой стрельбой. Он должен был поехать на Паралимпиаду в Рио, если бы сборную не отстранили. На альтернативных играх в Новогорске занял первое место, отстрелял лучше, чем чемпион Рио. У меня Андрей вызывает огромное уважение, беру с него пример. Как бы тяжело не было, всегда есть выход.

«ПРИВЫК ДОВЕРЯТЬ ЛЮДЯМ»

– Вы как депутат Белгородской думы от «Единой России» несколько раз в месяц проводите приём граждан. С какими вопросами обращаются?

– С самыми разными. И чаще всего это проблемы, которые нужно решать сиюсекундно. Но, оказавшись в рядах депутатов я понял, что у них нет таких больших возможностей, как кажется. Чтобы найти финансирование на что-то, нужно писать запросы, ждать их утверждения и так далее. Я знаю многих молодых депутатов, которые помогают людям из личного кармана. Это говорит о человечности и о том, что люди не могут закрыть глаза на какие-то проблемы. Конечно, невозможно всем таким образом оказывать помощь, но бывает, что приходиться и так решать вопросы.

– Деньги в долг даёте?

– Да.

– И часто возвращают?

– Бывает, что и возвращают. Люди все разные, но я не сторонник выбивания долгов. Всё на совести человека. Я привык доверять людям – а как по-другому?

– По закону депутаты должны декларировать свои доходы...

– Да, каждый год нужно предоставлять данные по недвижимости и другим активам. Всё это в открытом доступе.

– Вас это не смущает?

– В любом случае люди по-разному реагируют на чужие доходы. Кто-то это нормально воспринимает, кто-то считает, что раз депутат, то сто процентов ворюга. Мне скрывать нечего. Я ничего не украл, всё заработал своим трудом, как и супруга.

– Депутатская работа вам интересна?

– Не могу сказать, что суперинтересна. Но есть общественная работа, которую нужно делать. Стать политиком и попасть, скажем, в Госдуму никогда не было моей целью, но я подумал, что в качестве депутата смогу поспособствовать развитию спорта конкретно у нас в регионе, смогу помогать людям. А от большой политики я далек, меня в нее и не тянет.

– Вы довольны политикой Владимира Путина?

– Что касается внешней политики, то я поддерживаю нашего президента. Я горд, что нашу страну уважают и, возможно, даже побаиваются. Понятно, что у нас много внутренних сложностей. В такой большой стране, как наша, одним движением руки всё не изменить. Президент не может решать каждый вопрос и проконтролировать решение всех проблем, всё в любом случае зависит от людей на местах, от их квалификации и порядочности. В конечном счете всё зачастую решает человеческий фактор. Конечно, хотелось бы, чтобы в один миг вся коррупция исчезла, всё стало прозрачно и честно. Будем надеяться, что так и произойдёт.

В любом случае есть положительные сдвиги. Мне кажется, что мы живём лучше, чем раньше. Города благоустроены, молодежи есть чем заняться. В 90-е везде были группировки, шпана. Мы спортсмены были в меньшей степени этому подвержены, но у меня есть друзья и знакомые, которые попадали в передряги и не всё кончалось хорошо. Сейчас люди не боятся выходить на улицу. Понятно, что есть категория людей, которая обязательно найдёт во всём плохое, так называемая диванная армия вечно всем недовольных.

– В том же спорте с Россией не слишком-то считаются...

– Мне кажется, что в большей степени это провокации против нашей страны. Может быть, после Сочи была определенная зависть, что в условиях санкций мы провели такую Олимпиаду. Конечно, обидно, что страдают многие российские спортсмены. У нас дисквалифицированы отдельные сборные и целая паралимпийская команда. Надеюсь, новому министру Павлу Колобкову удастся решить эту проблему.

 Источник: http://sport.business-gazeta.ru/article/226396